Я говорила, я говорила Ему, и не один раз, что если ты создаёшь семью, то ты должен, повторяю, должен обеспечивать материально жену и детей. Сначала ты зарабатываешь деньги для семьи, а потом уже занимаешься своим хобби. Конечно, если это хобби приносит тебе много денег, и этих денег хватало бы на это самое материальное обеспечение семьи, то – пожалуйста, можешь и не работать. Но! Но если хобби не даёт таких денег (жадное оно – это хобби), а наоборот,  даже отнимает от семейного бюджета рубли и копейки, или того хуже -  иностранную валюту (если она бывает в доме), это нехорошо. Очень нехорошо с Его стороны. Но Он всю жизнь занимается своей работой как хобби. Ему в удовольствие работать там, где Он работает. И самое главное, что Он считает себя на своём месте. И это место, видимо, тоже считает его своим, потому что Он до сих пор не уходит оттуда или Его «не уходят». И все заботы по обеспечению семьи ложатся на меня – Его жену, мать Его детей.

Дети. Им надо дать образование, воспитание, здоровье. Обязательно надо. Иначе с ними будет неинтересно потом, в дальнейшей жизни, никому. А жить без интереса – скучно и непозволительно ни в какое время.

Он отвечает мне, что нужно довольствоваться малым, что нужно жить по своим возможностям и не соблазняться на то, что тебе недоступно и т.д. И начинаются долгие, в общем-то, бесконечные и безрезультатные переговоры. Нет на этих переговорах ни победителей, ни побеждённых. Всё заканчивается примерно так.

- Да что с тобой говорить?! Ты же всё равно стоишь на своём и не пытаешься даже перейти на мою сторону! Поживи как я. Почувствуй, о чём я думаю, вставая каждое утро и собираясь на работу!

- А что со мной говорить? Я тоже встаю каждое утро, и тоже собираюсь на работу. Ты думаешь, я не понимаю, что нам  тяжело, что у нас двое детей, что их надо кормить, одевать, обучать?! Что у меня старые родители, и мы сами не молодеем. Ты считаешь, что мне наплевать на своё и на ваше здоровье?!

- Так если ты всё это понимаешь, почему же ты не стремишься изменить своё положение, чтобы твоя же собственная семья жила более достойно и стабильнее?

- А что значит «достойно»? Мы что, недостойно живём? Мы что – бомжи, нищие, голодающие, оборванцы? Мы не умеем читать и писать?

- А ты хочешь, чтобы мы собирали бутылки, сдавали их в приёмные пункты, покупали на эти деньги книжки, читали бы их вечерами и радовались бы нашему духовному развитию?

- А ты хочешь, чтобы все силы были направлены на зарабатывание денег и трату их на всякую ерунду?

- А ты хочешь, чтобы …

Интересно, что если прочитать такой диалог и не знать, кому конкретно принадлежат слова, то до конца разговора можно и не понять, кто начал первый говорить – муж или жена.

Если во время таких переговоров не наступают какие-либо форс-мажорные обстоятельства, то есть обстоятельства непреодолимой силы, то прекратить спор может вошедший ребёнок любого возраста (потому что такие выяснения отношений происходят на протяжении всей нашей семейной жизни) и спросить совершенную ерунду. Вот эта-то ерунда и прекращает чаще всего наши баталии. Впрочем, форс-мажор такая же ерунда в нашей Галактике, как и все наши «переговоры».

А вот вопросы детей – это «самый  первый пункт», как говорил один из преподавателей вуза, где я училась, желая обозначить что-то главным или самым главным. Прошу вас, например, ответить на такой вопрос: младшая дочь, когда ей было уже 15 лет, спрашивает меня:

- Мама, знаешь почему я ем так много конфет?

- Нет, Женечка, не знаю, но догадываюсь. Наверное, тебе просто хочется сладкого, а дома кроме конфет других сластей нет.

- Ошибаешься, мамочка, - ответила мне дочь. - Конфеты помогают мне против аппетита, который у меня постоянно появляется.

- ???

Есть ещё вопросы и от старшей – Кати.  Как-то раз, возвратившись домой после курсов по химии, она говорит мне:

- Мама, ну что это такое, я еду домой и думаю только о парнях, а всем парням говорю, что думаю только о химии! Может, у меня раздвоение личности? Я, конечно, не Чернышевский, но что делать-то мне?

- Ничего не делай. Самое главное, чтобы ты на химии думала только о химии.

Наши любимые дети. Дети должны быть обязательно любимые. Родители должны быть обязательно любящие. И тогда всё будет хорошо. Рассуждать, какая должна быть родительская и детская любовь – слишком опасно. Очень много мнений, суждений, законов. Мне всё чаще приходит на ум, что жить, в принципе, необходимо по тем пословицам и поговоркам, которые сложены за много лет до нас и которые являются самыми толковыми, умными и справедливыми законами среди человеческих отношений.  

Однажды я пришла домой раньше своего обычного времени,  и оказалось, что дети и муж уже дома. «Делают дела». Каждый самозабвенно занимается своим делом.

Старшая дочь, ей было тогда лет семь, складывала из букв игры «Эрудит» самые длинные слова, какие только могли получиться. Одно из таких слов я запомнила на всю жизнь. Это слово, как она потом объяснила, само сложилось у неё в голове, потому что она не могла вспомнить как на самом деле называются работницы-женщины, которые доят коров. Слово это было – короводойки. Когда я увидела его (а я его именно увидела сначала на игровой доске, а не услышала от неё), я с трудом удержалась от смеха, потому что мне не хотелось обижать дочку: ведь она так старалась и, в конце концов, она правильно определила название работы, которую выполняют эти женщины.

Смеялись мы потом. Все. Через несколько лет, когда и старшая и младшая дочки уже прекрасно понимали смысл слов «доярка» и «короводойка».

Младшая дочь, ей было около трёх лет, приучала кота Кузю аккуратно есть из миски. Дело в том, что кот наш ел так: он вытаскивал кусочек еды – рыбы или мяса – из миски и ел его прямо с пола, рядом со своей миской. Почему он так делал, я не знала тогда. Потом я прочитала в книге, что коты действительно так делают, и ничего в этом криминального нет. Но в то время, мы не знали, что такое поведение Кузи не являлось чем-то противоестественным, и наш котик не был невоспитанным. Короче, ребёнок решил его перевоспитать и привить хорошие манеры. Раз есть миска, то кушать надо из миски.

Смотреть на то, как происходило это перевоспитание, было невозможно без смеха. Но и резко осмеять намерения дочки я не могла: столько труда и сил она вкладывала в это занятие! Я попыталась объяснить ей, что Кузя всё-таки животное и поэтому он не понимает предназначения своей тарелочки (так я называла его миску). Я что-то ещё говорила и объясняла. Но я видела разочарованные и грустные глазки младшей дочки и понимала, что она хотела, чтобы её старания не прошли даром, и чтобы котик кушал так, как она его учила. Да …

Муж. Он тоже делал дело. Обложившись газетами двух- трёхлетней давности, Он вырезал из них интересные и полезные статьи, затем эти вырезки складывал и докладывал к таким же ещё более древним вырезкам в шкаф.

Боже мой! Смотреть на такую домашнюю идиллию – просто умиление. В такие моменты я чувствую что-то вроде внутренней и внешней гармонии в себе. Это очень приятно. Это чудесно. Это наводит на мысль, что надо тоже заняться деланием дела. Надо сделать что-то очень важное и полезное. И я тоже начинаю «делать дела». Думаю, вы догадываетесь, что это за дела. Они прекрасны, как и сам процесс их делания. Причём, если дочери и муж делают свои дела, находясь в основном в каком-то одном месте квартиры, то я использую для дел и кухню, и ванную, и прихожую, и все комнаты сразу. Конечно, мои дела немного отличаются от их дел. Они не так возвышенны и  духовны, но они прекрасны и полезны по-своему. Главное, что их приходится делать изо дня в день, а они так незаметны и, к сожалению, не вызывают у окружающих неподдельного умиления.

Но зато в такие минуты я забываю то, что я говорила …